Военное дело

Как объяснить сравнительную дешевизну очень притязательного и властолюбивого абсолютистического порядка? Больше всего приходится указывать на две особенности английской жизни начала XVII в. Местное управление почти ничего не стоит казне. Центральное правительство стремится подчинить себе мэров, мировых, благотворительных смотрителей, но не желает платить им, оставляет в силе начало почетной, даровой службы. А потом государство тратит сравнительно немного на военное дело. Эпоха абсолютизма в английской истории не была расцветом милитаризма. Наоб< рот, со временем первых Стюартов связан большой упадок армии и флэта. В енная оборона острова, как и при Тюдорах, лежала на милиции, всенародном ополчении. Но профессиональную подготовку получали не гее взрослые мужчины, п только отобранные лордами - лейтенантами для выучки (trained bands). В год Армады подготовленных милиционеров считали, около 130 000, в последние годы Яксва—около 160 000. При Елизагете они вооружены очень пестро и отчасти очень архаично—кспьями, топорами, луками, огнестрельным оружием двух родов. При Якове вооружение стало однообразнее и совершеннее: остались только мушкетеры и копейщики. Но толку из этого вышло мало, потому что милиционеры попрежнему получают очень жалкую подготовку. Их собирают только в летние месяцы, раз в месяц на один день, но они служат «больше Бахусу, чем Марсу», легко разбредаются по кабакам. В лучшем случае день уходит на осмотр оружия, военную гимнастику и маршировку. Стрелять почти совсем не учатся, очень часто просто потому, что нет пороха: местное население не считает нужным отпускать деньги на это дорогое удовольствие. Сколько-нибудь обученная милиция есть только в Лондоне; в 1614 г. ее насчитывали б ООО. В граяоданскую войну она стала за парламент. Свои континентальные войны Яков и Карл ведут то с отрядами из добровольцев, то с отрядами из рекрутов (pressed men). Рекруты в значительной мере состоят из общественных подонков. Положение осталось таким, каким было при Елизавете, когда Рич пишет (в 1587 г): «Когда у нас в Англии нужно собрать армию, мы облегчаем тюрьмы от воров, освобождаем трактиры и кабаки от пропойц и безобразников, очищаем город и деревню от бродяг и мошенниког». Эти подневольные воины и сами по себе плохо поддаются дисциплине, и за ними вдобавок плохо смотрят. В начале 1627 г. в Плимут явилось человек 500 рекрутов, и никто не знает, кому они назначены и на какие средства содеряч-ать их. До отправки за море рекрутов расквартировывают по побережным крестьянам. Но часто им не дают денег на продовольствие. Рекруты бродяяшичают и воруют. В парламент 1627 г. жалуются даже, что в Дорсете они бьют крестьян и насилуют женщин. И то правда, что за морем их ждет лютая доля. Их плохо учат стрелять. В 1625 г. командир экспедиции в Кадикс жалуется, что его солдаты попадали больше в своих, чем в неприятеля. Иногда им нечехМ стрелять. В ту же экспедицию значительная часть пуль не подходила к стволам. Солдат плохо одевают и кормят, еще хуже лечат. Смертность очень велика. В конце 1624 г. набрали 12 ООО человек для службы в Германии. 4 ООО померли до высадки па континенте. К апрелю 1625 г. осталось 1 200, хотя отряд ни разу не был в бою. Немудрено, что люди разбегаются. В 1626 г. у англичан стояло в Нидерландах 4 полка, в которых числилось 6 ООО человек. Когда их решили отправить на помощь датскому королю, то нашли только 2 500; даже некоторые офицеры прояви вали в Англии.
Жалкое состояние сухопутных военных сил не привело к национальному разгрому, ибо никто не покушался на национальную самостоятельность англичан. Но крушение абсолютизма во многом объясняется его неумением организовать военные силы страны. Две войны с собственными подданными, с шотландцами (1639, 1640 гг.) были началом банкротства для всего режима. Оба раза король собрал не меньше людей, чем повстанцы: в первый раз тысяч, во второй—тысяч 25. Но оба раза это была беспорядочная толпа, а не дисциплинированная армия. В 1639 г. король послал на север десант—беспокоить шотландцев с тыла. Но из 5 000 только 200 умели держать ружье в руках. Командиру пришлось не итти на неприятеля, а высадить своих людей на безопасные островки и учить их стрельбе. В главной армии, где был король, плохи были люди, снаряды, провиант, фураж. Король без боя принял требования повстанцев. В королевской армии 1640 г. еще меньше дисциплины. Пригнанные с юга рекруты не раз бунтуют, даже убивают некоторых офицеров. Они никогда не бывали под артиллерийским огнем и при Ньюберне бежали очень скоро после того, как до них стали долетать пушечные снаряды шотландцев.